Сара: я приняла Ислам после трамповского «муслимбана»

Еще одну историю о том, как усилия исламофобов приводят людей к Исламу, рассказывает американка Сара. История передает популярное неофитское отношение ко многим вещам, как, например, в ее словах о хиджабе и женском равноправии, но в целом иллюстрирует тот сложный путь, который проходят очень многие новообращенные мусульмане Запада, передает About Islam.

 

Меня зовут Сара, и я новобращенная мусульманка. Мой путь начался давно, в октябре 2001 года. Я была неоязыческой ведьмой, а также активистом за свободу религий — всех религий — в США.

 

После 11 сентября 2001 года многие люди начали говорить о том, что сказано в Коране, а что не сказано. Я чувствовала, что у меня недостаточно информации, чтобы принять какое-либо решение, так что мне было необходимо научить саму себя, читая Коран. После прочтения от корки до корки, я обнаружила, что здесь не было ничего, что вызвало бы мои возражения, но решила, что это не для меня.

 

Я решила тогда, что Ислам не для меня, потому что большая часть моего общения со знакомыми мне мусульманскими мужчинами, была неприятной. Мне говорили, что я должна отказаться от убеждений, которые считала священными, или заманивали предложениями о браке от людей, которых я никогда не встречала.

 

В итоге, вместо того, чтобы приблизить меня к Аллаху, говоря мне, что я должна делать и как должна одеваться, меня это скорее отдалило. Один из разговоров закончился тем, что я гневно сказала, что никогда не покрою свои волосы из страха или позора. Это утверждение до сих пор остается в силе, хотя сейчас я предпочитаю носить хиджаб.

 

15 лет спустя, когда исламофобная риторика президентской кампании вдохновила акты насилия, мой коллега по работе вернулся в Ислам. У нас было много разговоров о притеснении женщин и о том, что говорит Коран. Из любопытства я решил перечитать его и узнала, что он поддерживает мои взгляды на равное обращение с женщинами.

 

Когда мой коллега был готов посетить мечеть в пятницу, я предложила местную мечеть, которую посещали несколько друзей. После, я спрашивала о том, что там говорилось, и как относились к каждому. Так продолжалось месяцами.

 

Он закончил тем, что отправился в другую мечеть, где чувствовал себя более комфортно, и его описания взаимного общения вызвали у меня достаточно любопытства, чтобы начать посещать общинные мероприятия, организованные мечетью.

В январе, когда состоялся первый запрет на поездки (муслимбан), я отправилась с ним на джума. Я была приятно удивлена тем, как меня встретили с распростертыми объятиями, и я была еще более удивлена, узнав, что женская часть мечети чувствует себя в безопасности и приветствуется, а не угнетается.

 

Я начала соблюдать ежедневные молитвы и не пропустила ни одной джума с моей первой недели.