Циклы Авторы Сортировка
Image
Маджлис 75: Вера в предопределение
Муфтий Мангера продолжает тему кадара – он повторяет слова имама Мухасиби о том, что человек не почу...
428
27 февраля, 19

Маджлис 75: Вера в предопределение

428
27 февраля, 19
Муфтий Мангера продолжает тему кадара – он повторяет слова имама Мухасиби о том, что человек не почувствует сладости веры, пока полностью не осознает, что добро и зло происходят по воле Аллаха. Тогда он обретет спокойствие и довольство в жизни – ведь ничто не может повредить ему без воли Аллаха и ничто не может принести пользу помимо Его воли. Далее муфтий приводит несколько примеров – как кадар Аллаха явно проявлялся в конкретных случаях человеческой жизни, когда Аллах ясно показывал людям Свою волю. Заканчивает он мудрым изречением о том, что человек, который желает делать людям наставления, удерживать их от греха, должен стараться сам следовать своим словам, иначе его наставления будут лицемерием и притворством.
 
Бисмилляхи р-Рахмани р-Рахим. Альхамдулилляхи Роббиль-алямин. Ва ссаляту ва ссаляму аля саидуль-мурсалин ва аля алихи ва сахбихи ва барака ва салляма таслиман касиран иля йаумиддин. Амма баад.
 
В предыдущей лекции мы начали говорить о вере в предопределение Аллаха – что эта вера должна быть у нас не только формальной, для того, чтобы мы могли ответить кому-нибудь, кто нас спросит, в чем основа нашей веры (что мы верим в Аллаха, Его ангелов, Его Писания, Его пророков, в Судный день и предопределение). Такая вера у человека бывает только на бумаге – как один из пунктов веры. Вера в предопределение должна стать частью нашей жизни – поэтому имам Мухасиби и сказал, что вы никогда не почувствуете сладость веры, не поймете, что в действительности есть иман, пока эта вера в кадар не проникнет в ваше сердце, не станет реальностью вашей жизни.
 
Поэтому эта вера, как мы уже сказали, должна быть не только пунктом на бумаге или у нас в уме, который мы вспоминаем, когда хотим повторить, в чем заключается наше вероучение. Но когда с нами что-то случается, мы сразу должны осознавать, что это от Аллаха. Когда с нами случается что-то неожиданное, неприятное, то, что мы не планировали, мы не должны впадать в отчаяние, но говорить – это от Аллаха, Он знает лучше.
 
Нам достаточно Аллаха, как прекрасен Он как Попечитель. Вот такими должны быть наши убеждения. Такие убеждение еще важно иметь потому, что они облегчают жизнь, снимают с человека бремя тревог и забот – когда он осознает, что Аллах всегда с ним.
 
Мы можем много говорить о том, что убеждение в том, что воля Аллаха стоит за каждым обстоятельством, которое с нами случается, смягчает для человека чувство одиночества, беспомощности, депрессии, печали, поскольку он знает – Аллах знает все, что с ним происходит. Когда что-то идет не так, он прилагает все усилия, а потом говорит – значит, так было лучше для меня. Когда происходит с ним что-то хорошее, он не превозносится, не гордится, а говорит – альхамдулиллях, благодарение Аллаху. У всех нас есть еда на столе – и хорошая еда, и мы должны благодарить за это Аллаха, что-то хорошее если случается в нашей жизни, неожиданно приятное событие – и мы благодарны Ему за это. Вот что такое кадар. Поэтому Аллах говорит в Коране, что «вы не должны печалиться, если вы чего-то лишаетесь, не должны плакать об этом. Если же вы обретаете нечто приятное, это не должно внушать вам гордость». Пока мы этого не осознаем, не поймем, не сделаем частью нашей жизни, мы не получим сладость имана. Суть имана – именно в этом балансе, этой гармонии, внутри нас. А она достигается именно благодаря вот такой вере в предопределение.
 
Этому чувству помогает постоянное поминание Аллаха, каждый миг нашей жизни. Это легко, если понимать, что с нами может случиться лишь то, что Аллах пожелал. Во многих – наверное, в большинстве случаев, - нам не очевиден этот момент (что ничто не происходит без воли Аллаха). Когда мы просим о чем-то, это не падает нам с неба. Если мы получаем это, мы обычно получаем это через каких-то людей, посредством каких-то обстоятельств. Для всего в жизни нужны средства, посредники. Однако, иногда, в некоторых обстоятельствах, могут случаться необычные, чудесные события – когда воля Аллаха нам явно показывается. Хотя, как я уже сказал, в большинстве случаев это не ясно для нас, а как бы из-под завесы. Но иногда, в некоторых случаях мы можем видеть это сами.
 
Вот такой пример. Большой ученый по хадису аль-Хумейди, который был учеником тоже известного ученого Ибн Хазма аз-Захири, который был родом из Андалузии (аль-Андалуз), - так называлась Испания в то время, когда там жили мусульмане. Эту историю Ибн Хазм рассказал своему ученику – о том, что случилось с некоторым правителем, губернатором, в одной из областей и его министром, визирем. У губернатора был визирь, министр, по имени Абу Умар Ахмад ибн Саид ибн Хазм. Это был отец Ибн Хазма аз-Захири. Хумейди – ученик этого Ибн Хазма, передает эту историю от своего учителя о его отце.
 
Итак, однажды этот министр сидел напротив своего господина, этого губернатора, по имени Мансур Мухаммад ибн Абу Амир (а как мы уже сказали, этим министром был отец Ибн Хазма). Это был приемный день у правителя, когда все желающие могли прийти к нему на прием и передать ему свои просьбы или жалобы, могли обратиться напрямую к правителю и получить его помощь или заступничество. И вот этому правителю приносят просьбу от матери, чей сын был в тюрьме. Мать просила о милости для сына у правителя, - чтобы, возможно, он облегчил его участь, отпустил его из тюрьмы, помиловал его. Мансур – этот правитель – заключил ее сына в тюрьму за какое-то серьезное преступление (во всяком случае, он считал это преступление очень тяжким). А тут ему приносят просьбу от матери с просьбой о милости к сыну. Он прочитал эту бумагу и очень рассердился, поскольку считал, что тот человек совершил что-то очень серьезное. Он сказал своему министру:
 
- Зачем она напомнила мне о нем? (в том смысле, что она только еще больше рассердила меня, - я хотел забыть об этом преступнике, но теперь вспомнил о нем, о том серьезном деле, которое он совершил, и еще больше разгневался).
 
Затем правитель взял свою ручку и написал поверх этого прошения (вернее, хотел написать) - йуслаб (то есть, казнить его, покончить с ним).
 
Но вместо этого слова – йад, саф, лям, ба, он написал – йутлак. Похожие слова, но означают совершенно противоположное. Затем он передал бумагу тому визирю (о котором мы говорили), чтобы он отдал ее чиновникам, которые уже на основе его резолюции сделали бы соответствующие предписания, распоряжения. И поскольку он написал «йутлак» - то есть, освободить, отпустить его (а йуслаб, наоборот, означало – казнить его), визирь написал соответствующее распоряжение, чтобы этого человека отпустили из тюрьмы. Мансур, правитель, увидев это, удивился:
 
- Что ты такое написал?
 
Визирь ответил:
 
- Я написал распоряжение для полиции, чтобы его отпустили из тюрьмы.
 
Правитель рассердился:
 
- Кто велел тебе это сделать? Как ты мог это написать?
 
Но министр протянул ему бумагу, где было его собственной рукой написано – отпустить его.
 
Правитель понял, что ошибся и еще раз попытался написать это слово правильно (йуслаб), но почему-то опять написал «йутлак». Опять отдал бумагу визирю, который должен был сделать распоряжение. Затем заглянул в его документы и еще сильнее разгневался:
 
- Да что такое с тобой происходит? Что такое ты пишешь? Кто научил тебя написать это?
 
Но министр вновь протягивает ему бумагу, где его собственной рукой написано это слово – отпустить. Ля иляха илляЛЛах! В третий раз правитель берет эту бумагу и опять пытается исправиться, написать нужное слово – йуслаб, но что-то как будто толкает его под руку (может быть, он отвлекся), и он опять пишет неправильно – йутлак.
 
Правитель видит, что министр опять пишет приказ о том, чтобы этого человека отпустили - и можете себе представить, что с ним делается, он просто выходит из себя:
 
- Да как ты можешь это делать? Разве ты не видишь, что я написал?
 
На что министр опять показывает ему бумагу:
 
- Вот, смотрите, это же ваши собственные слова.
 
Тогда правитель сдается:
 
- Хорошо, пусть будет «йутлак» (свободен). Отпустите его, несмотря на то, что я не желаю этого.
 
И еще – смотрите, что он сказал, он осознал, что такова воля Аллаха, это кадар:
 
- Того, кого Сам Аллах хочет освободить, я не в состоянии удержать.
 
Такая вот была интересная история. Действительно, такие необычные вещи иногда случаются – не каждый день, конечно, очень редко. Кому-то может быть тяжело поверить – как это он три раза принимался писать и каждый раз писал неправильно? Возможно, он думал при этом о чем-то еще, отвлекался на иные заботы – ведь он был правитель, ему приходилось думать о многих вещах сразу.
 
Я помню, как в Сирии или в Египте мне нужны были какие-то документы, и приходилось идти в офис, где нужно было получить подписи десяти разных чиновников. Я подходил к одному человеку, он давал мне заполнить какие-то формы, ставил печать, затем говорил, что теперь нужно идти к начальнику, получить его подпись, потом нужно было еще куда-то идти, чтобы кто-то еще подписал эти бумаги. Такая там сложная бюрократия.
 
Возможно с этим правителем было то же самое – слишком много дел, много бумаг нужно было заполнять, много вещей держать в уме. Это я пытаюсь как-то рационально объяснить это событие.
 
Теперь я хочу рассказать вам другую историю, которая более правдоподобно выглядит. Разумеется, я не хочу сказать, что первая – это выдумка, все могло быть, Всевышний все может – Он мог устроить так, что такое действительно имело место. Мы сами знаем, что в жизни случаются очень неожиданные вещи, которые даже выдумать было бы трудно.
 
Шейх Абдуль-Фаттах Абу Гудда, большой ученый 20 века, передавал историю, которую ему рассказал его знакомый – видимо, очень пожилой человек, который в свое время, в молодости, служил в армии еще в Османской империи. Это происходило во время Первой мировой войны. Солдаты готовились к какому-то сражению. И один из солдат нашел, как ему казалось, хорошее место, где можно было сделать укрепления, вырыть траншеи, окопы, чтобы укрыться во время сражения. Группа солдат стала делать эти укрепления, чтобы подготовиться к бою. Но тут к ним подошел офицер, их командир, который осматривал позиции перед сражением. И командиру так понравилось, что они хорошо укрепили свою позицию, что он перевел какого-то своего знакомого на эту позицию, потому что, как ему казалось, ему будет там безопаснее переждать бой, не так опасно будет. А того солдата – который так хорошо выбрал это место, наоборот, перевел в какое-то иное место, на иную позицию, чтобы освободить место для своего друга. Разумеется, тому солдату было неприятно покидать это место – которое было вроде бы таким удобным и безопасным, но он не мог противиться воле командира. Так что он был сердит и расстроен. Через какое-то время начинается сражение, противники обстреливают их позиции, и один снаряд попадает прямо в эту траншею, это укрепленное место (которое всем казалось таким безопасным!). И друга их командира убивает этим снарядом – а тот человек, которого перевели на другую позицию, наоборот, остается в живых. Опять-таки, вот явное проявление воли Аллаха – когда мы ясно можем видеть, что никакие наши расчеты не помогут, если будет воля Аллаха, чтобы что-то произошло. Мы никогда не можем считать себя в абсолютной безопасности от чего-то, никогда не можем сказать – ну этого со мной точно не случится! Мы можем только просить Аллаха, но как получится далее – это зависит от Него.
 
Такие особенные события ясно показывают нам, что воля Аллаха стоит за всем, что происходит в нашей жизни. В таких случаях мы ясно можем видеть Его мудрость и Его могущество – во многих других это скрыто от нас, неясно нам. Но когда нам что-то непонятно, нам не следует говорить – почему это происходит со мной, но полагаться на Аллаха, и Он облегчит это для нас. В противном случае, нам придется часто расстраиваться и раздражаться.
 
Далее имам Мухасиби продолжает:
 
«Всегда практикуйте истину – следуйте истине (пускай у вас слова не расходятся с делами). Польза от этого в том, что Аллах увеличит ваш нур (свет) и вашу проницательность».
 
Свет – имеется в виду как свет в этом мире, так и тот свет, которым будут обладать истинно верующие в Судный день. В Судный день, когда не будет иного света, все будут нуждаться в свете, верующие будут обладать этим светом. Мунафики – лицемеры - скажут им тогда – дайте нам немного этого света от вас. Но им ответят, что этот свет не предназначен для вас, ищите свой собственный свет. Любые благие дела могут быть для нас источником света в Судный день. Также это следование истине сделает нас более проницательными и мудрыми. Все это будет при условии, что человек всегда будет держаться истинного пути.
 
«Не будьте из тех людей, которые повелевают другим совершать благое, но сами отстраняются от этого» (не следуют своим собственным наставлениям).
 
Нам приходится видеть, что иногда люди очень хорошо умеют наставлять других, поучать других, но их собственное поведение расходится с этими наставлениями.
 
«Такой человек впадает в грех, совершает грех, и подпадает под гнев своего Господа. Ибн это великая ложь и нечестие перед взором Аллаха, если человек говорит то, чему сам не следует».
 
Этот момент следует прояснить отдельно. К примеру, представьте, что здесь у нас, на Западе, есть какой-то чиновник по делам иммиграции – который должен по долгу службы заботиться о приезжих, помогать им устроиться в жизни, но, оказывается, что вместо этого, он использует иммигрантов, приезжих, у себя в доме как дешевую рабочую силу (пользуясь их тяжелым положением и своей властью). Это будет явным лицемерием, - на словах этот человек говорит, что его долг – помогать приезжим, а на деле он так плохо с ними обращается. Тем хуже будет положение какого-то религиозного лидера, который на словах проповедует высокую мораль, а на деле совершает грехи.
 
Это с одной стороны. Но с другой стороны, может быть так, что человек старается быть порядочным, не грешить, но иногда проявляет слабость, делает что-то неправильное. Использовать иммигрантов как дешевую рабочую силу – это явное лицемерие. Но проявлять время от времени слабость – это совсем иное дело. Такого человека нельзя считать лицемером. Если человек говорит вам – нехорошо делать так и так, нужно поступать так и так, но иногда сам впадает в эту слабость, не желая этого, стыдясь этого, это не лицемерие. Вот если человек учит вас, что нужно совершать молитву, нельзя делать такие-то запретные вещи, но вы обнаруживаете однажды, что сам он совершает запретное и при этом не собирается его оставлять, это лицемерие. Вот о чем говорит имам Мухасиби. Особенно неприятно такое поведение, если такой грешный человек изображает из себя праведника, желая занять какое-то положение перед людьми – чтобы руководить людьми, быть имамом, лидером, чтобы они думали, что он благочестивый человек, хотя он сам не собирается им становиться. На человеке не будет греха, если он, имея какой-то недостаток, будет поучать других, надеясь, что он таким способом также избавится от своего недостатка. Большие ученые делали именно так – к примеру, известно, что мауляна Али Танви, зная за собой склонность ко гневу, раздражительность, специально проводил беседы о вреде гнева, имея в виду себя в том числе.
 
Если вы хотите исправиться и учите других при этом – надеясь, что люди вокруг вас будут меняться, и вы изменитесь вместе с ними, - в этом нет лицемерия. Нужно уметь отличать две эти вещи друг от друга. Если вы говорите людям – будьте праведными, при этом не имея намерения самому стать праведным, это лицемерие. Если вы не хотите меняться сами. Но если вы стараетесь измениться сами и говорите людям – давайте вместе бороться с этими недостатками, я тоже их имею, как и вы, это не лицемерие.
 
Далее имам Мухасиби приводит слова Пророка (саллаллаху алейхи ва саллям) – но редактор этой книги отмечает, что неизвестно, хадис это или нет, поскольку он не нашел его ни в каком сборнике хадисов. Подлинные ли это его слова или нет, но в них есть мудрость:
 
«Кто делает людям наставления, дает им советы, не применяя эти советы к самому себе (и не имея намерения этого делать), кто удерживает других (от греха), не удерживая при этом себя (от греха), кто запрещает нечто другим, не запрещая это себе, тот окажется потерпевшим урон перед Аллахом».
 
Как я уже сказал, если некто искренне старается стать лучше, при этом наставляя других становиться лучше, будет вознагражден за это, несмотря на то, что имеет какие-то слабости. Поэтому имам Малик и другие ученые говорили – если бы для того, чтобы удерживать людей от греха и повелевать им делать добро (амру биль-мааруф ва нахю аниль-мункар), требовалась полная безгрешность и праведность, никто после Пророка (саллаллаху алейхи ва саллям) не имел бы права заниматься этим. Поскольку никто не безгрешен, кроме пророков.
 
Умар ибн Абдуль-Азиз написал однажды одному из своих наместников наставления – чтобы он и его подопечные делали бы то-то и то-то, и не совершали таких-то и таких-то поступков, заметив при этом: «Я знаю, что я, возможно, имею больше всех недостатков, но при этом я указываю вам как поступать».
 
Поэтому поэт сказал:
 
«Некоторые (грешные) люди говорят нам – пока вы полностью не очиститесь от грехов сами, вы не можете запрещать нам ничего, не можете заставлять нас оставить грех. На самом деле они хотят, чтобы все были такими же, как они, и тогда ни у кого бы не было чувства вины».
 
Так говорят некоторые люди – дескать, вы сами не без греха, поэтому не имеете права учить нас. Им хотелось бы, чтобы все были такими как они, чтобы они не могли чувствовать себя виноватыми за свои грехи. Это большая проблема, особенно здесь, на Западе – когда мы не можем указать людям на их ошибки, поскольку они ответят – а что такого, все вокруг нас так поступают. Обстановка, окружающая нас, способствует совершению многих грехов, так что мы можем, сами того не замечая, начать вести себя, как другие. Или, во всяком случае, перестать видеть проблему в грехах и недостатках других, перестать возмущаться их грехами.
 
В предыдущих лекциях мы приводили хадис, где говорилось о том, что Аллах повелел ангелу Джибрилю уничтожить жителей такой-то местности за их грехи. Джибриль заметил: «А как же быть с таким-то человеком, ведь он богобоязненный человек, который не участвовал во всех этих мерзостях?» На что Аллах сказал ему: «Начни с него, ибо его лицо никогда не изменялось ради Моего довольства». Подразумевается, что этот человек никогда не возмущался грехами других людей, никогда не пытался сделать окружающим его людям наставление, удержать их от греха. Он сам считал себя праведным, и его все устраивало, он был безразличен к преступлениям и запретным вещам.
 
Наставление, необходимость наставлять других относится не только к ученым людям, ведь говорится, что религия (дин) есть насыха. Очень похвально, если один человек старается помочь другим исправиться – разумеется, в соответствующей, правильной форме. В наше время это очень тяжело делать – и мало находится людей, которые умеют правильно и корректно делать это. Но нам следует начинать – сначала с нашей семьи, с нашего окружения, тогда наше положение постепенно изменится, иншаАллах.
АВТОР ЦИКЛА
Маджлисы по тасаввуфу
Абдур-Рахман ибн Юсуф Мангера
Автор:
АБДУР-РАХМАН ИБН ЮСУФ МАНГЕРА
Шейх
Урок вышел:среда
Новый урок:суббота
Список уроков